Меню

GraberBot ver. 0.9.9

NewsNetBot

«Ни о чем разговор, братан»


Фото: Сергей КИСЕЛЕВ / Фотоагентство «Москва»

В молодежный парламент при Госдуме на круглый стол пригласили рэперов. Пришли Птаха, Роман Жиган, видеоблогер Дмитрий Ларин. По другую сторону сидели: полковник полиции, депутаты и представители молодежных движений. Обсуждали, конечно, давление на рэп-исполнителей, в том числе многократную отмену концертов в городах России. Птаха и Жиган не раз подчеркнули, что «они очень рискуют, придя в Думу» и многие из рэп-сообщества их не поймут. На выходе получилось два разных вывода о встрече. Депутаты заявили, что получилась очень конструктивная беседа, главное — «надо закон соблюдать». Птаха на это ответил, что все «как обычно, пришли посветить лицами».

— Рэпчик, значит, слушаем? — со смехом иронизирует охранник в Госдуме, когда слышит номер нужного зала.

Первой слово взяла Мария Воропаева, председатель Молодежного парламента при Госдуме: «Мы знаем, что это было непросто для вас — прийти к нам в Государственную думу. Мы не занимаем ничью сторону. Но я могу сказать как мама, что для моего ребенка контент рэп-исполнителей — опасный. Однако надо искать способы, чтобы наши дети сами могли ограничить для себя подобный контент».

«Ни один из вопросов у нас такого ажиотажа в Думе не вызывал», — заметил опоздавший Михаил Дегтярев, депутат от ЛДПР и глава Комитета Госдумы по делам молодежи. Журналисты действительно стояли в проходе, из-за того что встреча проходила в совсем маленьком зале.

Птаха начал выступление с того, что объяснил свое присутствие в Госдуме:

— Нам неинтересен просто диалог с вами, нам нужно решение проблемы. Некоторые говорят, что мы идем на поклон. Некоторые говорят, что для нас зашкварно появляться на таких мероприятиях. Многие оппозиционные СМИ сказали, что мы проплачены.

Рэпер вспомнил про пятый пункт 29-й статьи Конституции о запрете цензуры.

— На каком основании местные власти позволяют себе нарушать закон? Почему они начинают давить на организаторов записочками, чтобы не давать концертов?

«Почему вы нас обвиняете в своих дырках?» — эмоционально продолжал Птаха.

— Вы сами со школы не занимаетесь детьми. Это не наша вина как артистов, это ваша вина как руководства. Почему вы нас обвиняете в том, что сами не смогли сделать? Кто эти ваши эксперты, которые за всю жизнь не написали ни одного стишка?

Он также не забыл упомянуть про 282-ю статью об экстремизме, по которой на него самого было заведено уголовное дело два года назад: «282-я — это цензура, это просто факт».

Первым выступление рэпера предложили прокомментировать Дегтяреву:

— Прежде всего, хотелось бы отметить, как хорошо Давид Борисович (Давид Нуриев — Птаха. — Ред.) знает Конституцию.

Рэпер парировал:

— Нет, но я хорошо знаю свои права.

— Не перебивайте меня, — говорит Дегтярев. — Я напомню, в партии ЛДПР отрицательно относятся к статье 282, я еще кандидатом в мэры об этом говорил — ее внесли коммунисты! Это они сейчас хотят сорвать хайп, а для нас главное — свобода.

Дегтярев много говорит про то, что запреты концертов — это вина местных властей в регионах («Я не понимаю, почему вы задаете эти вопросы нам?»). Основной месседж депутата был в заключительном предложении: «Запрещать ограничивать творчество нельзя, но если это творчество нарушает чьи-то права и интересы, те же чувства верующих — коллеги, надо соблюдать закон».

Птаха качает головой и говорит Жигану: «Видимо, мы пришли сюда поговорить».

Жиган (Роман Чумаков.Ред.) начинает с того, что «почему-то никто не додумался запретить «Рюмку водки на столе» Григория Лепса, хотя там пропаганда алкоголизма».

— Мне творчество Хаски крайне не нравится. Но закрывать человека на 12 суток по непонятным причинам… Слава богу, что вмешались люди выше. Сегодня на концерт рэп-исполнителя приходят 30 тысяч человек, я не думаю, что на концерт Киркорова в «Олимпийском» столько придет.

Дегтярев иронизирует:

— Я с вами согласен, что у нас сейчас полное разложение культуры происходит. Я напишу письмо Эрнсту, чтобы на новогодних праздниках дали время молодым рэп-исполнителям. Но вы же не пойдете!

Слово дается полковнику полиции Виталию Хмельницкому. Даже после речи Дегтярева, который много говорил об «особенностях искусства» и в то же время о законе, Хмельницкий звучит на контрасте категорично.

— Темы, которые затрагиваются в песнях рэп-исполнителей, оказывают влияние на неокрепшие умы молодежи. Размываются нравственные ориентиры и духовные ценности, — декларирует полковник.

Речь о «вреде» песен рэп-исполнителей растягивается на несколько минут. Птаха сразу же просит задать вопрос:

— Я только хотел уточнить: вы считаете, что запрещать творчество, запрещать что либо в интернете — этими действиями вы сможете сохранить нравственность в нашей стране? Не перекидывайте ваши проблемы на нас — с больной головы на здоровую.

Хмельницкий отвечает:

— Я не собираюсь вступать в словесную перепалку. Приглашаю вас на личную встречу.

— Зачем мне личная встреча? — смеется Птаха. — Мы здесь с вами для чего собрались?

Жиган тоже реагирует эмоционально:

— Вы что, не понимаете, что, запрещая персонажа, делаете его более культовым?

За полковника вступается Дегтярев:

— Полицейских про мораль не спрашивайте. У них обязанность охранять права всего нашего общества.

Обещает, что подготовит запросы в Генпрокуратуру, чтобы получить ответы, почему был отменен каждый из концертов рэп-исполнителей. Птаха в ответ качает головой. Депутат спешит удалиться и добавляет на ходу:

— Если что-то еще подобное произойдет — обращайтесь к депутатам Госдумы лично.

Жиган решает уйти, по пути бьет по плечу Птаху: «Ни о чем разговор, братан».

Птаха сам чуть не выдерживает и подытоживает:

— Короче, вы считаете, что надо частично запрещать, а мы считаем, что нет. Знаете, почему здесь мало молодых рэперов? Доверия к правительству ноль.

Отметим, что ни Птаха, ни Жиган прежде не отличались оппозиционностью. Птаха в апреле 2017 года выпустил клип на песню «Свобода 2.017» — ее текст был, в частности, о том, что участники акции протеста, которую организовал Алексей Навальный, — «мажоры» и вышли за деньги «дяди Сэма». Навальный тогда обвинил рэпера в продажности Кремлю. Сам Птаха позже подтвердил, что он действительно выступает против подобных уличных акций.

А Романа Жигана многие и вовсе называют «любимым рэпером Путина», после того как президент лично вручил ему приз после победы в музыкальном конкурсе МузТВ в 2009 году. Жиган еще не раз потом с гордостью вспоминал эту историю.

Встреча рэперов и депутатов стала только одной из первых попыток заигрывания власти с не очень понятной, но очень популярной у молодежной аудитории субкультурой. Как и предполагала «Новая», чиновники и силовики решили пойти на мировую. Первый заместитель руководителя администрации президента Сергей Кириенко, выступая на съезде «Единой России» в минувшую пятницу, назвал «глупостью» отмены концертов рэперов. «Говорят, что молодое поколение какое-то не то. Это все ерунда: они лучше нас, они интереснее нас, они замечательные, потому что главная ценность у современного молодого поколения — это самореализация», — заявил Кириенко. Он также добавил, что молодежи необходимо дать все возможности и условия, чтобы она развивала свои таланты.

В это же время заместитель министра внутренних дел Игорь Зубов сказал в Совете Федерации, что никаких указаний по отмене концертов их ведомство не давало. Надо разбираться по каждому случаю, добавил Зубов, но только «если нам поручит прокуратура». Прокуратура и ФСБ пока комментариев по теме не дают.

Рэп-исполнителям приготовили еще один «пряник» — правда, очень специфического свойства. Гендиректор Первого канала Константин Эрнст заявил, что «планирует» приглашать рэперов на «новогодние огоньки» на телеканале. Правда, конкретные имена Эрнст назвать отказался. Возможно, это будет рэпер Jan Khalib, который на волне запретов концертов спешно переделал свой хит «Все, что нам нужно, это секс, наркотики» в строчку «Все, что нам нужно, это кекс, компотики».

Пряники пряниками, но и кнут никто не отменял. В конце недели в Нижнем Новгороде и Иванове отменили концерт группы «Френдзона», а в Воронеже отменили концерт IC3PEAK — формально из-за Роспотребнадзора, который закрыл концертную площадку, поскольку накануне в этом клубе посетитель якобы отравился бутербродом.


источник

Президент получил передышку


EPA

В субботу, 8 декабря, на Елисейских полях разыгрывалось очень важное для президента Макрона представление. После побоища недельной давности, когда «желтые жилеты» громили все на своем пути, направо и налево жгли машины, гоняли по улицам полицейских и даже смогли отнять у одного из них автоматическую винтовку, 8 декабря все ждали «страшного». Левая газета «Либерасьон» на всякий случай даже рассказала своим читателям о том, что записано во французских законах насчет отставки президента.

Массовые акции протеста во Франции начались в середине ноября, когда власти сообщили о решении повысить цены на топливо. После волнений и беспорядков в начале декабря президент сообщил, что решение откладывается — пока на шесть месяцев. «Желтые жилеты» снова недовольны — объявили массовую акцию на Елисейских полях. В Париж подогнали броневики — впервые. Все, что можно было отменить и закрыть — станции метро, музеи, школы, ярмарки, спортивные матчи, — было отменено и закрыто. На прилегающих «к полям битвы» улицах было пусто и тихо, и только надписи были кричащими на заколоченных листами фанеры магазинах и ресторанах — «Борьба продолжается», «Долой диктатуру банков!», «Макрон, на гильотину!».

«Желтые жилеты», среди которых много небогато одетых людей из провинции, шагали к Триумфальной арке по проспектам, где черными пятнами подгоревшего асфальта были отмечены стоянки погибших неделю назад машин.

Над желтой толпой без устали кружил вертолет.

В толпе кто-то шел с флагом Че Гевары, кто-то с бретонским флагом, кто-то с пивом и бутербродом, влюбленная пара несла французское знамя с пацификом и надписью «Peace», группа людей, горланящих «Марсельезу», подняла огромный триколор с тремя датами: 1789–1968–2018. И это как раз не подразумевало мира.

Впрочем, и «нового взятия Бастилии», о котором в фейсбуке грезили «желтые жилеты», пока не произошло.

Не получилось повторить и взятие Триумфальной арки, знакового для французской истории места, — здесь Могила неизвестного солдата, здесь власти ежегодно проводят мемориальные церемонии в честь окончания Первой и Второй мировых.

Во время прошлого митинга арку разрисовали лозунгами и недобрыми словами в адрес законно избранного президента, а над Вечным огнем грели руки почуявшие волю бунтовщики.

Но на этот раз власть, кажется, сделала выводы из прошлого провала, и 8 декабря полиция, жандармы и спецназовцы действовали жестко, быстро и слаженно. Большую часть потенциальных хулиганов (в основном ультралевых и анархистов) задержали еще на подступах к Елисейским полям. К полудню было известно о пятистах задержанных, и к вечеру эта цифра подросла — 920. То есть в эту субботу полиция схватила в два раза больше людей. При этом ранения получил 71 человек: в два раза меньше, чем в прошлый раз. Налицо — формальный рост эффективности.

Правда, и силовиков в этот раз было ровно в два раза больше — целых 8 тысяч. Если верить официальным данным (по моим прикидкам, они лишь слегка занижены), днем митингующих тоже было около 8 тысяч. То есть вышло так, что власть проявила невиданную заботу о протестующих гражданах, приставив к каждому из них по одному человеку в форме. Но охраняли они все-таки не людей в желтых жилетах, а два стратегических «пункта», расположенных с разных сторон Елисейских полей — Триумфальную арку и президентский дворец.

Вокруг этих точек столпились десятки полицейских машин и тучи спецназовцев. Поэтому хулиганам в желтых жилетах — их было несколько сотен — приходилось вести позиционные бои с теми «фликами», которые перекрывали прилегающие к Елисейским переулки. В адрес этих людей, прикрывавшихся щитами, время от времени летели бутылки, камни, дымовые шашки и отборная ругань. В ответ молчаливые «космонавты» отправляли в кричащую, хаотично бегающую толпу слезоточивые гранаты. Их было много, дым над Елисейскими стоял с полудня до вечера. Люди сквозь слезы продолжали кричать «Макрона в отставку!», «Макрона повесить!», «Макрон, счастливого Нового года!» и «Да здравствует революция», но многим быстро надоедало глотать дым, и к шести вечера по проспекту бегало уже тысячи две, а еще через час полиция начала брать в кольцо слабеющие силы противника.

Премьер-министр Филипп и глава МВД Кастанер приветствовали «слаженную работу» сотрудников правопорядка. Кастанер рассказал, что по всей стране в митингах приняли участие 125 тысяч человек, 1385 задержаны, 118 ранены, из них 17 — сотрудники правопорядка. Президент Макрон, который — по слухам из достоверных источников — рассматривал вариант обращения к народу прямо этим вечером, пока может вздохнуть свободно. Если только едкий запах слезоточивого газа не долетел до Елисейского дворца.


источник

Жизнь за царя


Фото: Лев ФЕДОСЕЕВ / ТАСС

Фальсификация голосования, вброс бюллетеней, накрутка голосов, политическое давление — вот основные темы на повестке у мурманских журналистов и общественников. Спокойный и к уличной политике несклонный город трясет которую неделю. Ни пенсионная реформа, ни рост цен, ни сообщения о коррупции в руководстве области — ничто не вызывало такой ажитации. Народ разделился на два лагеря по причине столь же экзотической, сколь и пустой — присвоение мурманскому аэропорту имени царя Николая II.

Кто бы ни придумал выпустить пар с помощью наречения аэровокзалов, идея оказалась гениальной. Рассерженные горожане теперь сердятся исключительно на итоги этих квазивыборов.

В Мурманске выбирали из трех имен — героя-летчика Бориса Сафонова, исследователя Арктики Ивана Папанина и — внезапно — царя Николая. Говорят, последнюю идею подали новообращенные заполярные казаки, вместо посевов ржи и пшеницы занятые посевами разного рода удивительных идей в незрелых умах. Повод — Мурманск-де последний город, основанный при Романовых, притом с личного соизволения Николая. Правда, утверждение это крайне спорное: Николай к высокобюджетной идее создания города на краю света относился скептически, и 4 октября 1916 года — в официальный день рождения города — на самом деле закладывался не город вовсе, а поселок. Статус он сменил уже после революции, получив имя Мурманск.

А царь в наших местах не бывал. Логично, что, выбирая имя городскому аэропорту, голосовали за императора мало. Поначалу. Пока в игру не вступила депутат-прокурор Наталья Поклонская. На помощь она призвала крымчан, нисколько не смущаясь, что географически заполярный Мурманск от полуострова раздора находится далеко.

После вмешательства Поклонской Николай стремительно выбился в лидеры, обставив полярника Папанина, в биографии которого г-жа депутат очень вовремя нашла компромат — факт службы в крымской ЧК. Дескать, убийца и злодей этот кандидат.

Тут подоспели и журналистские расследования: мурманские репортеры обнаружили, что выборы фальшивые, голосовать можно по нескольку раз в разных точках: хоть виртуально, хоть офлайн.

Телеграм-конспирологи заявили, что присвоение аэропорту имени царя-мученика лоббирует власть, чтобы сделать приятное путешественнику и священнику Федору Конюхову — отчиму местного вице-губернатора по идеологии Анатолия Векшина.

Игорь Сафонов, сын героического летчика, тщетно пытался протестовать против использования имени отца в этом неприличном балагане, заявляя, что у семьи Бориса Сафонова организаторы акции даже разрешения спросить не подумали. Но его негромкий голос потонул в общем хоре.

Накануне оглашения итогов голосования к делу подключилась региональная общественная палата, не замеченная ранее ни в какой фронде. Она обратилась в Общественную палату федеральную с требованием вычеркнуть Мурманск из списка городов — участников проекта. Потому как в народе акция вызвала разброд и шатание вместо обещанного единения в патриотическом порыве.

Меж тем подвели итоги проекта, Николай победил, а Наталья Поклонская сделала открытие в области бюджетной политики, сказав, что раз аэропорт поименуют в честь царя, денег на его долгожданную реконструкцию дадут быстрее.

Наконец, из мглы полярной ночи поднялись коммунисты. Сплотив потрепанные ряды, они анонсировали акцию протеста, назвав победу царя на выборах почему-то предательством памяти воинов Великой Отечественной.

Между тем в самом аэропорту Мурманск никаких особых перемен не наблюдается. Накануне объявления итогов голосования московский рейс прилетел, потеряв половину багажа, а при въезде на частную парковку выкопали траншею, заблокировав часть авто.

А рядом с аэровокзалом неизвестный оставил невеселое граффити: «Кто последний будет улетать из Мурманска, выключите свет в аэропорту».


источник

Это костер революции или огонек надежды?


EPA

В субботу, 8 декабря, в Париже, на Елисейских Полях и еще в десятках городов люди в желтых жилетах планируют провести акцию протеста №4. И главный вопрос перед этой четвертой протестной субботой: не будет ли она ужаснее третьей?

В третью субботу, 1 декабря, власти не справились с волной насилия. Самый заметный провал был в Париже. Накануне митинга министр внутренних дел Кастанер обещал, что полиция перекроет все подходы к Елисейским Полям и будет пропускать манифестантов только после досмотра. Но на следующий день на Елисейских Полях и в других точках правого берега горели машины и магазины, подъезды домов и особняков, а «бойцы» в масках грелись у Вечного огня под Триумфальной аркой, разрисованной надписями «Государство, флики и фашисты, на колени!», «Желтые жилеты будут торжествовать», «Нет — войне между народами и нет — миру между классами!», «Макрон, верни деньги!» и «Макрон, ты пропал!».

4000 хорошо вооруженных полицейских не справились с 1500 «мятежниками» (во всяком случае, эту цифру называл Кастанер) — возможно, еще и потому, что получили приказ до последнего не отвечать на провокации, чтобы, не дай бог, не допустить трагедии. Но вот в каком случае больше шансов на то, что она не произойдет — в ситуации, когда полиция действует жестко или когда она в основном обороняется, — вопрос риторический. В прошлую субботу в Париже ранения получили более 130 человек, задержаны — 370.

248 из этих 370 предстали перед парижским судом. Были суды и в провинции. Но сроки совсем не «болотные» — от пары месяцев условно до года реальной тюрьмы. Притом что здесь, в отличие от Болотной, действительно есть за что судить.

Глава МВД, отчитываясь во вторник перед сенатом, ожидаемо не признал ошибок и так же ожидаемо пообещал «усилить меры безопасности» во время митингов 8 декабря. Резервы изыскиваются повсюду: префект парижской полиции отменил назначенный на субботу футбольный матч «ПСЖ», чтобы «перебросить» 350 сотрудников со стадиона на обеспечение порядка во время митингов.

Из зала сената глава МВД призвал «благоразумных участников» протеста не приходить в субботу в «места, где, как мы знаем, царило напряжение».

Не повезло бесхозным братьям меньшим: ежегодную ярмарку Noеl des Animaux («Рождество для животных»), которая должна была пройти на площади Республики, «отменили по соображениям безопасности». В прошлом году на ярмарке свой дом обрели 500 собак и кошек.

Что касается политических животных, то они на фоне протестов, конечно, оживились. В понедельник лидеров парламентских партий принял премьер-министр Эдуар Филипп; во вторник лидеры выразили «глубокое разочарование» теми мерами, что премьер предложил для «снижения социальной напряженности». Объявленные Филиппом уступки — шестимесячный мораторий на рост «углеродного налога» и на ужесточение технических мер контроля автомобилей, обещание сделать так, что «этой зимой цены на газ и электричество не будут расти» — были признаны «недостаточными и запоздавшими». Не убедило оппозицию и предложение провести с 15 декабря по 1 марта «консультации» «власти и общества» по выработке «новой социально-экономической модели» — с учетом необходимости борьбы за экологически чистое будущее. Всемирным флагманом этой борьбы, напомню, объявил себя Эмманюэль Макрон, провозгласивший слоган «Make our planet great again!» в ответ на выход США из Парижского соглашения по климату. Чтобы бросить на борьбу миллиарды евро, нужен был в том числе «углеродный налог», который в итоге переполнил «чашу народного терпения». Макрон, надо признаться, до недавнего времени в эту чашу не заглядывал, считая, что сначала нужно помочь богатым, а уж затем они «вытащат за собой» бедных. Макрон и сейчас продолжает так считать. Во всяком случае в среду вечером на совете министров он исключил возможность восстановления «налога на богатство» (ISF) — а это одно из принципиальных требований «желтых жилетов».

«В обмен» Макрон продлил мораторий на рост углеродного налога — с 6 месяцев до 1 года.

Рационально отмена ISF — верное решение, потому что при налогах в три четверти от дохода инвесторы бегут из страны, но кто сказал, что у протестующих рацио должно возобладать над выстраданным желанием еще раз поджечь Елисейские Поля и окрестности, средоточье «неправедного богатства»?

В среду депутаты Нацсобрания, в котором у Макрона большинство, стоя аплодировали «мужеству сотрудников правопорядка». Как будто на бой провожали.


источник

Безоговорочно и окончательно мертв

Многолетние противоречия, взаимные претензии и недовольство между Москвой и Вашингтоном, связанные с выполнением бессрочного американо-советского Договора о запрете наземных ракет средней и меньшей дальности (РСМД), подошли к концу.

В Брюсселе, где заседали министры иностранных дел стран — членов НАТО, американский госсекретарь Майк Помпео объявил, что если в течение 60 дней Россия не «вернется к выполнению условий Договора по РСМД», США также приостановят свое участие в нем. Объявленное Помпео решение поддержал генсек НАТО Йенс Столтенберг, и в результате состоявшейся в штаб-квартире НАТО дискуссии остальные союзники вроде не возражали. Впрочем, их мнение в данном случае не было определяющим: не успел Помпео выступить, как посольство США в Москве уже вручило нашему МИДу заранее заготовленную официальную ноту о «приостановке ДРСМД» через 60 дней. То есть в первых числах февраля 2019 года договор, подписанный в 1987-м Рональдом Рейганом и Михаилом Горбачевым, первый в истории документ о массовой ликвидации ракетно-ядерного вооружения, первый из серии соглашений, которые изменили ход мировой истории и свернули вооруженное противостояние двух блоков в Европе, будет похоронен.

В МИДе, кстати, пока не совсем поняли, что в точности значит примененная госдепартаментом юридическая формула о «приостановке ДРСМД». В тексте договора есть статья о том, что любая из сторон может выйти из договора, сославшись на серьезные обстоятельства, но через шесть месяцев после передачи официальной ноты-уведомления, а не через 60 дней. Похоже, избранный администрацией президента Трампа механизм выхода («приостановки») договора станет поводом для дополнительных взаимных публичных претензий и словесно-пропагандистских свар между Москвой и Вашингтоном, что, впрочем, никак не меняет суть дела: ДРСМД безнадежно и окончательно мертв, а вместе с ним может отправиться в политическое небытие вся сложившаяся в последние 30 лет система договорного сдерживания вооружений между Востоком и Западом. Некоторые в Москве надеялись, что в сенате США демократы, которые утверждают, что выход из ДРСМД — это «подарок Путину» (с 2007 года российский президент не раз заявлял, что договор несправедлив, невыгоден и неравноправен), могут помешать Трампу договор аннулировать. Но это нереально — в США больше 100 лет действует подтвержденная Верховным судом практика, что, в отличие от ратификации, выход или приостановка существующих договоров производится единолично президентом без какого-либо согласования с конгрессом.

В течение четырех лет Вашингтон обвинял Москву в развертывании в нарушение ДРСМД модернизированных пусковых установок «Искандер-К» с крылатыми ракетами большой дальности (КРБД) наземного базирования «Новатор» 9M729 или SSC-8. Действительно, комплекс «Искандер» исходно создавался как гибридный — для пусков и баллистических, и крылатых ракет, и первые испытательные пуски системы «Искандер-К» были уже в 2007 году. Но в Москве отрицают, что 9M729 испытывали на запрещенную ДРСМД дальность больше 500 км. В свою очередь, наши военные обвиняют Пентагон в использовании неправильных ракет-мишеней, дальних ударных беспилотников и размещении в Румынии на базе ПРО Девеселу универсальных стационарных пусковых установок МК-41 Aegis Ashore, куда, по мнению Москвы, вместо перехватчика SM-3 можно засунуть КРБД Tomahawk морского базирования.

Американские претензии достаточно серьезны: существующие российские КРБД «Калибр-НК» морского базирования несложно развернуть на модернизированных пусковых установках «Искандер», а дальность у «Калибров» в районе 3000 км, и они могут нести ядерную б/ч мощностью до 200 килотонн.

Российские претензии менее серьезны, и потому их больше: сваливали до кучи, что придется, чтобы выкатить ответ. Кстати, ракеты Tomahawk в ядерном варианте сегодня отсутствуют в арсенале США — при Бараке Обаме их все ликвидировали, а боеголовки демонтировали в одностороннем порядке. Коварно засовывать в шахты МК-41 в Румынии пару-другую неядерных Tomahawk совершенно бессмысленно с военно-технической точки зрения.

Впрочем, вздорность взаимных претензий неизбежно ведет к тому, что, как в семейной ссоре, крайне затруднительно что-либо доказать или о чем-то договориться. Через 60 дней объявленная Помпео «приостановка ДРСМД» практически неизбежно вступит в силу. В РФ начнут «в ответ» развертывать «Искандеры-К» и еще что-нибудь. Не сразу, но неотвратимо, в США подготовят высокотехнологичный ответ. И вновь начнет раскручиваться та самая гонка вооружений в Европе и Азии, которая была остановлена 30 лет назад.


источник

По себе не судят


РИА Новости

Конституционный суд России признал «Соглашение об установлении границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой», а также закрепивший его закон Ингушетии соответствующими Конституции РФ. Мнения судей КС по вопросу границы запросил глава Ингушетии Юнус-Бек Евкуров, после того как республиканский Конституционный суд признал закон, закрепляющий границу, не соответствующим Конституции Ингушетии. Заседание по этому делу состоялось в Санкт-Петербурге 27 ноября. Председательствовал глава КС России Валерий Зорькин. В день заседания решение так и не было оглашено — о нем было сообщено только в четверг, 6 декабря.

В конце сентября Юнус-Бек Евкуров и Рамзан Кадыров подписали Соглашение об установлении границы между республиками, которая так и не была определена с момента распада Чечено-Ингушской АССР в 1992 году. Для того чтобы соглашение вступило в силу, необходимо было его закрепить законодательно в местных парламентах. Закон Чеченской Республики был принят без проблем и 15 октября 2018 года вступил в силу. Однако в Ингушетии утверждение Соглашения вызвало бурю. Две недели в Магасе стоял многотысячный митинг, участники которого требовали проведения референдума по этому вопросу, полагая, что Соглашение ущемляет интересы Ингушетии. А ряд депутатов парламента, уже после завершения тайного голосования по вопросу границы, заявили, что подсчет голосов был сфальсифицирован. В знак протеста депутаты обратились в республиканский Конституционный суд с просьбой проверить закон на соответствие местной Конституции.

Ингушский Конституционный суд признал Закон о границе и процедуру его принятия не соответствующими Конституции Ингушетии, поскольку, согласно ингушской же Конституции, вопросы о границах относятся к компетенции республиканского референдума. Между тем у КС Ингушетии были и чисто процедурные вопросы к принятому соглашению: оно, по мнению судей, было подписано фактически в режиме секретности, и в парламенте соответствующий закон утвердили сразу в трех чтениях. Тогда Юнус-Бек Евкуров и обратился в Конституционный суд РФ, и КС принял это обращение к рассмотрению, что спровоцировало новую волну критики со стороны ингушской оппозиции. Оппозиция настаивала на том, что по российскому законодательству Конституционный суд РФ не является вышестоящим по отношению к республиканскому суду, а значит, не имеет права пересматривать его решения. Конституционный суд РФ, однако, нашел в конфликте пространство для вмешательства.

Согласно решению КС, Конституция Ингушетии предусматривает учет мнения населения только при изменении границ между субъектами РФ. До заключения Соглашения между Кадыровым и Евкуровым граница между Ингушетией и Чечней установлена не была. Значит, проведения референдума по этому вопросу не требуется.

Кроме того, по мнению конституционных судей, закон «Об утверждении Соглашения об установлении границы между Республикой Ингушетия и Чеченской Республикой» — специальный закон, он не предполагает ни изменения концепции законопроекта, ни внесения депутатами правок в текст. Посредством принятия закона Соглашение лишь утверждается и вводится в действие. А значит, отступления от процедурных требований были связаны не с волеизъявлением, а с оформлением результатов голосования, «что не дает оснований для вывода о неконституционности закона».

И третье: по решению КС Конституционный суд Ингушетии имеет право рассматривать документы, не вступившие в силу. Соглашение же между Кадыровым и Евкуровым, как и сам закон, вступило в законную силу. А значит, рассматривать его республиканский суд не имел права.

«Таким образом, Соглашение об установлении границы между Ингушетией и Чечней, а также закрепивший его Закон Республики Ингушетия, не противоречат Конституции РФ», — говорится в решении Конституционного суда России.


источник

Бездействие без действия

Если честно, то прямо с самого 7 августа, когда все это началось, казалось, будто вот сейчас, немедленно, все и закончится. Выйдут откуда-нибудь из следственных коридоров клоуны с шариками и разом завопят «сюрпрайззз!». Не вышли. Или, в крайнем случае, выступит глава следственного комитета и скажет, что с журналистами ошибочка вышла. Не выступил. И уголовное дело в отношении 15 белорусских журналистов спустя четыре месяца закончилось лишь для некоторых, да и то не без потерь. А главному редактору портала tut.by Марине Золотовой и вовсе грозит 5 лет лишения свободы.

Напомню хронологию этого уголовного дела. Все началось 7 августа с прихода следователей и ОМОНа в редакции портала tut.by и информационного агентства БелаПАН. Пришедшие объявили об уголовном деле в связи с несанкционированным доступом к компьютерной информации, совершенном из «иной личной заинтересованности, повлекшем причинение существенного вреда» (ч. 2 ст. 349 УК Беларуси), и начали обыски. Потом они пришли с тем же в редакцию газеты «Культура», в офис портала о недвижимости realt.by и домой к обозревателю Deutche Welle Павлу Быковскому. Семерых журналистов задержали в качестве подозреваемых, еще восьмерых отпустили после допросов. Поводом для возбуждения уголовного дела стало, как заявили в СК, заявление генерального директора государственного информационного агентства БелТА Ирины Акулович о сбоях при осуществлении доступа к платной подписке: люди, заплатившие за нее, не могут подключиться из-за несанкционированного доступа неизвестных злоумышленников.

Спустя два дня всех задержанных освободили, предъявив официальные обвинения по той самой части 2 статьи 349. Максимальное наказание по этой статье — два года лишения свободы. А вот главному редактору tut.by Марине Золотовой обвинение предъявили по части 2 статьи 425 — «бездействие должностного лица». Максимальное наказание — 5 лет лишения свободы. Правда, следственный комитет выпустил пресс-релиз, где объявил, что Золотова признала вину и активно сотрудничает со следствием, благодаря чему принято решение о неприменении к ней меры пресечения в виде содержания под стражей.

А потом все ждали, когда же это уголовное дело «спустят на тормозах». Других вариантов просто не было. Тем более когда стало понятно, зачем все это затевалось: в середине сентября журналист tut.by Дмитрий Бобрик на своей странице в фейсбуке признался, что его завербовали еще 7 августа. Бобрика, как и остальных, привезли на допрос и начали шантажировать. Не следственный комитет, разумеется, — совсем другой комитет. И Дмитрий подписал бумагу о сотрудничестве. Пазл начал складываться. Арестуй пяток журналистов — парочка из них непременно согласится сотрудничать. Дальше все должно было тихо заглохнуть — явно не для последующего суда возбуждали это уголовное дело.

Но оно все не глохло. Три месяца журналистов вызывали на допросы в СК и в милицию на дактилоскопию, транслировали по белорусскому телевидению записи «прослушки», предъявляли окончательные обвинения и суммы ущерба. Официальный представитель СК Юлия Гончарова говорила, что судов не избежать, поскольку уголовные дела по статье 349 находятся в сфере публичного обвинения и не подлежат прекращению в связи с примирением сторон. И когда стало ясно, что суды все-таки будут, все вдруг завертелось в обратном направлении.

В конце ноября всех журналистов, обвиняемых по статье 349 в связи с «делом БелТА», внезапно перевели в свидетели. Вернее, уголовные дела переквалифицировали на административные, получили квитанции об оплате административных штрафов (350 долларов) — и милости просим уже не на скамью подсудимых, а на скамеечку в коридоре в ожидании вызова свидетеля. Но суд все-таки будет. Над одним человеком — над Мариной Золотовой.

Она осталась единственной обвиняемой по делу. Причем обвиняемой не в несанкционированном доступе к компьютерной информации, а в бездействии должностного лица. Ходатайство о прекращении уголовного преследования, которое Марина подавала в СК, осталось без удовлетворения. Об этом ей устно сообщил следователь. Значит, суд состоится при любой погоде.

Интересно, как будет выглядеть этот суд. Если есть преступное бездействие, то должно быть и преступное действие. Почти закон Ньютона, только по-белорусски: действие рождает бездействие. Но если преступных действий не было, как постановил СК, тогда за что будут судить Марину Золотову? Впрочем, об этом мы скоро узнаем. А может быть, в действительности это будет месть за то, что не подписала бумагу о сотрудничестве с другим, не следственным, комитетом? Впрочем, об этом мы никогда не узнаем.


источник

Ротация, а не реформа

Владимир Путин утвердил новый состав Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ). Нынешний состав Совета насчитывает 51 человека: на одного больше, чем предыдущий. Среди новых имен в СПЧ — ​политолог Екатерина Шульман, адвокат Генри Резник, директор Государственного музея истории ГУЛАГа Роман Романов, режиссер Александр Сокуров, журналистка Екатерина Винокурова.

Председателем Совета остался юрист, правозащитник и советник президента Михаил Федотов, занимающий эту должность с 2010 года.

В СПЧ продолжили работать юрист правозащитной группы «Агора» Павел Чиков, председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, главный редактор «Московского комсомольца» Павел Гусев, журналист и историк Николай Сванидзе.

О запланированной ротации СПЧ в начале ноября писали «Ведомости», ссылаясь на источники в администрации президента: тогда сообщалось, что сменится примерно половина членов Совета. В итоге Совет обновился только на треть, сообщает его председатель Михаил Федотов.

— Как председатель Совета я буду продолжать ту работу, которую проводил СПЧ, — ​говорит Федотов. — Новый состав позволяет рассчитывать на то, что правозащитная природа Совета не изменится. Как он был по-настоящему правозащитной структурой, так он ей и останется. И, конечно, он продолжит заниматься делом Оюба Титиева, делом «Нового величия» и другими резонансными судебными процессами, которые вызывают в обществе вопросы.

Новые члены СПЧ заявляют о своей решимости заняться самым широким спектром проблем — ​от политических дел (дело Кирилла Серебренникова, Оюба Титиева, Юрия Дмитриева, дело «Нового величия») до пыток в Федеральной службе исполнения наказаний (ФСИН), от увековечивания памяти жертв политических репрессий до либерализации «экстремистских» статей российского законодательства.

Спецкор Znak.com Екатерина Винокурова одной из первых целей называет реформирование системы ФСИН. Напомним, что в июле этого года «Новая» публиковала видео пыток в исправительной колонии Ярославской области. Проблема пыток в местах принудительного содержания в России системна. «В нынешнем виде система ФСИН просто не может дальше существовать», — ​считает Винокурова.

За создание отдельной статьи УК РФ о применении пыток ранее высказывался и Федотов: он говорит о необходимости системно реформировать пенитенциарную систему, вместо того чтобы судить представителей ФСИН за превышение должностных полномочий.

Среди других задач, выделяемых журналисткой, — ​дальнейшая декриминализация «экстремистской» 282-й статьи (сейчас принимаются президентские поправки о ее частичной декриминализации) и 148-й статьи об «оскорблении чувств верующих».

Еще одно направление работы Винокуровой — ​защита прав ее коллег-журналистов. Она подчеркивает, что особенно важно для нее защищать права любых граждан, вне зависимости от идеологических расхождений. Именно поэтому журналистка считает, что Марию Бутину, арестованную в США из-за связей с российской разведкой, «надо выручать».

Также журналистка выступает за обмен политических заключенных: «В первую очередь мне кажется важным не столько обмен [режиссера Олега] Сенцова, сколько [российского журналиста Кирилла] Вышинского на [украинского журналиста Романа] Сущенко. Это мое личное мнение. В первую очередь я бы хотела помочь попавшим в беду коллегам, вне зависимости от того, насколько я разделяю их взгляды».

Среди новых лиц в составе СПЧ — ​директор Государственного музея истории ГУЛАГа Роман Романов. Своей главной задачей он видит увековечивание памяти жертв политических репрессий и помощь самим жертвам репрессий: «Это долг перед нашими согражданами, который мы должны выполнить. Здесь все очевидно для здравомыслящих людей: произошла несправедливость — ​мы должны сделать так, чтобы справедливость восторжествовала».

Особенно важно это на фоне разворачивающихся сегодня дел против российских правозащитников — ​руководителя карельского «Мемориала» Юрия Дмитриева и руководителя «Мемориала» в Грозном Оюба Титиева.

О своей готовности заниматься темой политических репрессий говорит и историк Николай Сванидзе. То, что он остался в СПЧ, Сванидзе объясняет тем, что «это способ решать каким-то образом проблемы»: «Совет по правам человека находится непосредственно при президенте РФ, то есть имеет возможность влиять на решение важных для нас проблем. Я считаю, что махнуть рукой на такую возможность — ​безответственно».

Однако далеко не все из прежних членов СПЧ сохранят свои места.

В публикации «Ведомостей» высказывались опасения, что в новый состав могут не войти некоторые активные члены, нелояльные власти. Источник в АП предполагал, что из СПЧ исключат председателя «Комитета против пыток» Игоря Каляпина, у которого был конфликт с главой Чечни Рамзаном Кадыровым. Но Каляпин продолжит работу в Совете по правам человека, что, по убеждению его коллеги Николая Сванидзе, является «отдельной заслугой Михаила Федотова».

При этом некоторые из тех, кто дал согласие на продолжение работы в СПЧ, не обнаружили своего имени в новом составе. Так, журналист и обозреватель «Новой» Елена Масюк узнала о своем исключении из СПЧ из средств массовой информации:

— Я говорила сегодня с некоторыми членами совета, и у ряда людей возникли вопросы, почему они не включены в новый состав. Мне позвонил председатель СПЧ Федотов и стал говорить, что он получил гарантии на самом высоком уровне, что я буду работать в Общественной наблюдательной комиссии (ОНК) Москвы. Во-первых, назначение в члены ОНК Москвы будет только осенью следующего года. Во-вторых, не факт, что я туда вообще решу пойти. И что значит гарантии на самом высоком уровне? Разве членов ОНК назначает администрация президента, а не Совет Общественной палаты РФ? — ​возмущается журналистка.

Не будучи представителем СПЧ либо членом ОНК, Масюк не сможет осуществлять контроль мест принудительного содержания. За последнее время она побывала в колониях в Омске, Тыве, Новосибирске и Красноярском крае, где фиксировала многочисленные случаи нарушения прав человека.

— Сейчас по большому счету мне все перекрыто, — ​заключает журналистка. — ​Но, с другой стороны, это ничего не меняет в моей работе. Ко мне идет огромное количество обращений со всей страны о нарушениях прав в учреждениях ФСИН — ​от заключенных, адвокатов, родственников. Как я писала о нарушениях прав человека в местах заключений, так и буду. Я настроена очистить систему ФСИН от коррупционеров и садистов.

Лилит Саркисян,
«Новая»


источник

Губернатора послали на свалку


Поселок Урдома, 2 декабря

Около 30 тысяч человек, по подсчетам организаторов, приняли участие в Едином дне протеста, состоявшемся в воскресенье в Архангельской области. Митинги и пикеты прошли в столице региона, а также в Котласе, Сольвычегодске, Яренске, Плесецке, Онеге, Коряжме, Северодвинске, Лешуконском, Шенкурске и Урдоме, а также соседней Республике Коми — в Печоре и Сыктывкаре. Двигателем публичных выступлений стал протест против импорта в Архангельскую область мусора из Подмосковья. Как уже рассказывала «Новая», на станции Шиес, практически на границе Архангельской области и Коми, строится гигантский мусорный полигон, на который компания-инвестор планирует ввозить для захоронения брикетированные бытовые отходы из столицы.

На взгляд со стороны, массовые протесты спровоцировала не столько сама ситуация, сколько поведение областной власти, которая сначала открещивалась от проекта, потом разводила руками, а теперь этими же руками поддерживает. Причем решение о ввозе «чужого» мусора принималось на фоне нерешенной проблемы мусора своего — проект полигона в Рикасихе близ Северодвинска, который власть продвигает как путь к цивилизованному обращению с отходами, вызвал серию протестов много раньше, чем заговорили об «экотехнопарке» в Шиесе. К тому же по традиции столь неоднозначный проект утверждали келейно, тихо, не проводя общественных слушаний и предоставив жителям самим расследовать, что строится на их земле.

Немудрено, что основные шишки на митингах посыпались на чиновников областного правительства. В Архангельске собравшиеся потребовали отставки губернатора Игоря Орлова. «Орлова — в отставку!» — скандировала толпа с самого начала митинга. Также увольнения главы региона требовали выступавшие лидеры оппозиционных фракций. Губернатора обещали отправить подальше в первом же вагоне с мусором, который прибудет в Шиес.

Не обошлось и без упоминания зампреда областного правительства Евгения Фоменко, который недавно обещал явиться на митинг и убедить людей в эффективности проекта «Шиес». На митинге Фоменко не появился, зато появились его портреты с подписью «Токсично: Позорный полк Архангельской области».

Журналисты портала 29.ru, которые вели трансляцию протестов, отмечают, что за последние годы в регионе это самое массовое уличное выступление: даже пенсионная реформа собирала меньше протестующих. Люди, лишенные всего, требуют сохранить им хотя бы право на жизнь в относительно безопасных условиях. Впрочем, кроме экологических проблем на повестке появились и политические: люди требовали от власти перестать загонять протесты на задворки. Дело в том, что первоначально митинг в Архангельске планировался на центральной площади, однако организаторам отказали под предлогом проведения предновогодних гуляний. Еще на 12 уведомлений с указанием разных точек в центре города пришли аналогичные отказы, в итоге митинг оказался на окраине, но не стал от этого менее массовым. Люди напомнили о 31-й статье Конституции, о праве на мирные собрания. А также потребовали от власти не создавать новые проблемы, а решать существующие. Законодательный запрет на ввоз мусора из других регионов и немедленная отставка губернатора — таковы основные требования рассерженных горожан.

Стройка в Шиесе меж тем продолжается, несмотря на то что привезенная туда строительная техника уже дважды горела, возбуждено два уголовных дела по факту поджогов.

Глава СПЧ при президенте Михаил Федотов обещал взять ситуацию в Шиесе под контроль.


источник

Война близко?

На восточных границах страны со стороны России сосредоточено 80 тысяч военнослужащих из элитных подразделений: батальонно-тактические группы, танковые соединения, ударная авиация, подразделения ракетной артиллерии, спецподразделения ГРУ и МВД РФ, разворачиваются полевые госпитали, сообщил в фейсбуке Зорян Шкиряк, советник министра внутренних дел Украины, подчеркивая, что он не пугает народ, а только констатирует факты. В августе 2014-го, затем в 2015 году подобные сообщения подтверждались спутниковой съемкой, публикуемой миссией США в НАТО. Их комментировал, в частности, нидерландский бригадный генерал, директор Комплексного кризисного центра управления операциями Нико Так. Актуальные кадры космической съемки-2018 пока не обнародованы.

Зато оппозиционные политики, даже те, кто проголосовал в Раде в поддержку инициативы президента, уже начали говорить об «искусственно созданном поводе» для военного положения. В понедельник Юлия Тимошенко предложила заслушать в закрытом режиме главу государства, секретаря СНБО и руководителей силовых структур, чтобы рассказали, как развивается ситуация. В тот же вечер Петр Порошенко и начальник Генштаба ВСУ Виктор Муженко ответили на эти вопросы открыто, и не только Юлии Тимошенко — пришли на прямой эфир ток-шоу «Свобода слова» на канале ICTV. Цитирую выдержки из сказанного президентом Украины.

«Моряки-герои спасли Украину»

— Они готовы были взять лоцмана. Они пребывали на месте стоянки 6–7 часов — начальник Генерального штаба скажет точнее (Муженко кивает. — О. М.). А потом командир, видя обострение провокаций, отдал команду возвращаться в Одессу. И когда корабли тронулись с места, возвращаясь, на них было осуществлено нападение, а потом открыт огонь — когда уже находились в нейтральных водах Черного моря. На что надеялись? На то, что не хватит выдержки. На то, что украинские моряки откроют огонь в ответ и будут раненые россияне. И это станет поводом для открытия широкомасштабной агрессии против нашего государства.

Моряки отвели от нас на некоторое время эту угрозу.

Во время заседания Военного кабинета было внесено предложение о немедленном объявлении военного положения — для обеспечения безопасности людей, для отпора российской агрессии. В полночь я собрал СНБО. Заслушал доклады военных. Было продемонстрировано размещение и резкое увеличение российских войск вдоль всей российско-украинской границы и в акватории Азовского моря. Я принял решение подписать указ про введение военного положения.

«Гарантирую: выборы состоятся 31 марта 2019 года»

— Для чего вводится военное положение? Есть две модели. Первая — для ограничения конституционных прав и свобод граждан. Так поступают диктаторы. Есть вторая модель. Защитить украинского воина законодательно, предоставив ему право применять оружие в случае широкомасштабной российской агрессии.

Чтобы прекратить все инсинуации, я внес предложение в Раду: поддержать армию, которая, наравне с церковью, пользуется наибольшим доверием в государстве. Решение приняли, указ президента поддержали законом. Одновременно провел переговоры с главой Рады, попросил определить срок президентских выборов. Я как президент гарантирую — выборы состоятся 31 марта 2019 года. И не будет никаких причин для того, чтобы их переносить.

«Защищать государство будем мы сами, а не дядька из Вашингтона»

— Большая международная солидарность с Украиной дает нам надежду на санкции, на поддержку Украины летальным оружием, на военных советников. В том числе сегодня, во время пребывания на полигоне «Гончаривка», где мы наблюдали завершение боевого слаживания бригад…

(Обращаясь к Муженко: «Я знаю, каких именно бригад, но, наверное, не стоит называть в эфире?» Начальник штаба соглашается: «Не надо».)

Бригады выдвигаются на позиции, определенные Генштабом. Рядом со мной стояли: по правую руку — командующий Сухопутными войсками США в Европе, а с другой стороны — командующий Сухопутными войсками Канады. Но защищать государство, дорогие мои соотечественники, будем мы с вами, а не дядька из Вашингтона, или Оттавы, или Брюсселя.

А в это время

50 российских адвокатов готовы защищать арестованных украинских моряков

Сформирован список из полусотни российских адвокатов, которые пожелали войти в дело арестованных у берегов Крыма украинских военных. Об этом «Новой» рассказал адвокат Николай Полозов, который координирует защиту украинцев.

«Формирование списка заканчивается сегодня. Защищать украинских военнопленных выразили желание более 50 адвокатов, среди них есть крымские, московские, представители адвокатских объединений и отдельные адвокаты. Завтра я привезу список в Киев, где он будет рассмотрен межведомственной группой и будет принято решение», — пояснил Полозов.

Он также отметил, что Следственное управление ФСБ до сих пор не отреагировало на его заявление с просьбой назвать следователя по делу. Из-за этого сегодня он не смог попасть к своему подзащитному из числа украинских военных, которые содержатся в московском СИЗО «Лефортово». Еще трое арестованных, пострадавших при обстреле или задержании украинских кораблей российскими пограничниками, содержатся в медчасти изолятора «Матросская Тишина». Уполномоченная Верховной рады Украины по правам человека Людмила Денисова, ссылаясь на слова российской коллеги Татьяны Москальковой, заявила, что раненые уже могут самостоятельно передвигаться по палате.

Также крымскотатарские активисты доставили в Москву из Крыма собранную помощь украинским военным, однако передачи в СИЗО не взяли, и все было отправлено в изолятор по почте. Доставлены были передачи арестованным или нет, как отметил Полозов, пока неизвестно.

Антон Наумлюк,
«Новая»

P.S. Госдума во вторник на пленарном заседании приняла обращение к парламентам стран мира с призывом «осудить провокацию Киева». Ранее депутаты предложили наградить пограничников, обстрелявших украинские суда в Керченском проливе, «за то, что вели себя безупречно и мужественно».


источник